АРХИВ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ            




 

 

Булат Окуджава


Старый дом

Дом предназначен на слом. Извините,  
если господствуют пыль в нем и мрак.  
Вы в колокольчик уже не звоните.  
Двери распахнуты. Можно и так. 

Все здесь в прошедшем, в минувшем и бывшем.  
Ночь неспроста тишину созвала.  
Серые мыши, печальные мыши  
все до единой ушли со двора. 

Где-то теперь собралось их кочевье?..  
Дом предназначен на слом. Но сквозь тьму,  
полно таинственного значенья,  
что-то еще шелестит по нему. 

Мел осыпается, ставенка стонет.  
Двери надеются на визит.  
И удивленно качается столик.  
И фотокарточка чья-то висит. 

И, припорошенный душною пылью,  
помня еще о величье своем,  
дом шевелит пожелтевшие крылья  
старых газет, поселившихся в нем. 

Дом предназначен на слом. Значит, кроме  
не улыбнется ему ничего.  
Что ж мы с тобой позабыли в том доме?  
Или не все унесли из него? 

Может быть, это ошибка? А если  
это ошибка? А если -- она?..  
Ну-ка гурьбой соберемся в подъезде,  
где, замирая, звенит тишина! 

Ну-ка, взбежим по ступенькам знакомым!  
Ну-ка для успокоенья души  
крикнем, как прежде: "Вы дома?.. Вы дома?!.."  
Двери распахнуты. И -- ни души.

1964

Версия для печати

                                                                                    
Яндекс.Метрика